О чем рассказывает дом ценой в один iPhone.

Один домовладелец в США выставил на продажу дом. Банальная казалось бы история. За пять тысяч долларов. Так как на протяжении почти полугода покупателей не нашлось, в августе он снизил цену до трех тысяч. И вот теперь он уже согласен отдать дом за телефон. За iPhone 6 Plus. Забавно? Тогда давайте еще больше посмеемся. Владелец дома живет в Австрии и приобрел он свою недвижимость в 2010 году за 41 тысячу зеленых американских президентов. Нет, он вовсе не идиот. Добротный каменный, точнее кирпичный, дом с тремя спальнями, да за такие деньги?! В городе миллионнике?! Даже если не самому жить, даже если сдавать в наем. Это же прекрасный актив, отличное вложение капитала! Не учел инвестор одного. Этим городом был Детройт. К чему весь этот разговор? Так ведь именно события вокруг Детройта могут объяснить, какого рожна США к 2014 году оказались в состоянии войны практически со всем миром!

Виноваты в этом экономисты. Точнее, восторжествовавший в американском истеблишменте, крупный инвестиционный капитал, за прошедший сорок лет в изрядной части перехвативший управление государством у капитала промышленного. А началась вся история в декабре 1978 года, когда Дэн Сяопин выступил на III Пленуме ЦК КПК 11-го созыва и провозгласил в Китае "новый экономический курс". Огромная, но бедная и промышленно отсталая, страна открыла свои границы для иностранного капитала. Убедиться, что это все не сплошная мистификация, в 1979 году в Пекин на переговоры прилетел тогдашний президент США, Джимми Картер. Именно с той встречи Картера и Сяопина началась цепочка событий, которая, в конечном итоге, привела Америку к войне с половиной планеты вообще, и Украину к "войне с Россией" в частности.

Нельзя сказать, что раньше Америка не вела войн. За двести лет своей истории она где только не воевала. Но это были совсем другие войны. Даже Вьетнам, который в США вспоминают по сей день, не смотря на десятилетие боевых действий (1965 - 1975), фактически шел больше на экранах американских телевизоров, чем в стране на самом деле. Хотя вопрос там являлся предельно серьезным, в действительности все сводилось лишь к абстрактной политике. Станет или не станет еще один кусочек мировой карты "красным". Никто не призывал немедленно бомбить Москву за помощь Ханою, даже имея стони часов аудиозаписи отборного русского мата, на котором общались "типа вьетнамские пилоты". Ответ прост и циничен. Эта война не шла за физическое выживание США как государства, и американского народа как единой национальной и геополитической общности. А сейчас идет. И вот почему.

До конца 70-х годов ХХ века экономика США была, во-первых, реальной, во-вторых составляла едва ли не половину от мировой, в-третьих, являлась полностью американской. Это значит, что американские рабочие, живущие в своих американских городах, работающие на американских заводах, находящихся на американской земле, выпускали продукцию, высоко конкурентоспособную как внутри Америки, так и за ее границами. Победа или поражение GI в джунглях Вьетнама на стабильность прибылей владельцев американских заводов не влияла вообще никак. От слова совсем. Нет, расширение рынков сбыта безусловно задачей первостатейной важности считалось. На столько серьезной, что в Чили устроили военный переворот и привели к власти генерала Пиночета. И не только в Чили. За пол ста лет вся Латинская Америка тем или иным образом "приводилась к улучшению условий торгового сотрудничества с США".

Однако в общем речь все равно шла о считанных процентах объема сбыта. Львиная доля производимого потреблялось тоже внутри США. Потому и взгляд на мир у американцев формировался эдакий вальяжный. Выиграли? Хорошо. Проиграли? Ну, как бы плохо, да, но... сейчас проиграли, потом выиграем. Жизнь то завтра не заканчивается?! Даже глобальное противостояние с мировым коммунизмом в лице СССР и Варшавского договора носило больше идеологический, чем принципиальный характер. Кремль представлял угрозу лишь до тех пор, пока продолжал исповедовать идею марксизма в части перманентности классовой борьбы. И то речь шла в первую очередь о купировании возникновения серьезной угрозы в будущем, а не о сражении до последнего патрона буквально не на жизнь, а на смерть. Плюс на Холодной войне промышленный капитал Америки весьма недурственно зарабатывал. Пушки. Танки. Самолеты. Корабли. Подводные лодки. Тотальные перевооружения каждые 5 - 6 лет. Всякие там полеты на Луну.

Это же золотой дождь! Живи да радуйся. Оптимизируй издержки. Монетизируй конкурентные преимущества. Повышай темпы оборота средств. В конечном итоге - увеличивай прибыль на одну акцию. Наверное так бы все и продолжалось еще очень долго. В общем, экономическая и политическая модель США и ее взаимное влияние на остальной мир, являлись в целом статичными. Но случились два события. Один банкир, полагавший себя самым умным, нашел в США еще никем не разработанную золотую жилу. Американские рабочие, фермеры, в общем, все, кто не являлись капиталистами, постепенно богатели. Это привело к накоплению на банковских счетах частных лиц суммы денег, сопоставимой с масштабами ВВП США того времени. Только в долгосрочной перспективе банки ими пользоваться не могли, так как в любой момент владелец счета мог придти и потребовать свой вклад наличными. В общем, тот умник сообразил, как привлечь эти деньги в долгосрочное инвестирование. Именно тогда в Америке появился массовый средний класс, а у банкиров - свободные длинные деньги, которые можно было вкладывать не в реальные проекты, а в акции. История его фамилиб не сохранила, но процесс пошел по нарастающей.

К началу 80-х годов ХХ века понятие акционер стало массовым. Более 14% американцев являлись средним классом и интересовались не столько что, где и как производят компании, долями которых они владеют, сколько смотрели исключительно на процент годовой доходности своих акций. Так что, к тому моменту, когда старик Дэн еще только поднялся на трибуну и открыл папку с текстом своего доклада, в США уже сформировалось масштабное давление капиталов среднего класса на уровень доходности экономики. Давление высокое потому, что быстро оптимизировать издержки или поднять доходность бизнеса в рамках старой модели не представлялось возможным. Техническое перевооружение? Это процесс, требующий серьезных вложений и значительного времени. Плюс переобучение персонала. Плюс решение множества сложных вопросов с профсоюзами. И так далее и тому подобное. И еще не факт, что к тому моменту конкуренты не придумают какую-нибудь пакость и не обойдут тебя на вираже. Риски, черт побери, риски!

И вот в это самое время приезжает Джимми Картер из Китая и говорит - джентльмены, я нашел вам Эльдорадо! Тадааам! А советники и всякие разные эксперты из его свиты сияют от счастья и согласно головами кивают. Точно - точно! Если в мире есть рай, то он расположен в Китае! Строго говоря, ничего особенного китайский лидер американцам не предлогал. Самая обычная сделка. Китай за свой счет в двух прибрежных провинциях создает свободные экономические зоны. Готовит промышленные площадки, подходящие под завод, фабрику, да под что угодно. Подводит туда электричество. Прокладывает дороги. Обеспечивает рабочими руками. Приходите и работайте. Безопасность обеспечим. Налоги... ну, кое что конечно платить придется, скажем, 12 - 15% от прибыли, но в остальном - на ваше усмотрение. Кстати, средний размер зарплаты квалифицированного китайского рабочего составлял 17 американских долларов в месяц. Говорят, когда об этом рассказали кому-то из Фордов, тот подавился виски. Средняя зарплата американского рабочего в США достигла 20 долларов в час и продолжала увеличиваться! Что тут удивляться, что желающие рискнуть нашлись почти немедленно?

Сначала в Китае открылся один завод. Потом еще один. И еще. И еще. Через 10 лет в Китай ушла половина американской легкой промышленности, треть приборостроения и начался процесс постепенного перебазирования промышленности тяжелой. Выяснилось, что помимо очевидной экономии на зарплатах, отпусках, медицинских страховках, налогах, в Китае можно было получать еще и неочевидную экономию. Например, за счет значительно более мягких экологических норм и требований производственной безопасности. Даже не смотря на расходы по логистике через пол планеты, прибыли взлетели. Акционеры, прежде всего средний класс, ощутили вкус денег. Это подтолкнуло процесс и расширило перечень отраслей, чьи бизнесмены уже всерьез сравнивали, что им выгоднее, продолжить работу внутри США или выгнать тут всех нафиг, даже с учетом выходных пособий, и открыть завод в Китае.

Стронувшаяся с места лавина к середине 90-х вышла за пределы США и накрыла всю Юго-Восточную Азию. США, за ними и Западная Европа, переносили производства в другие провинции Китая, в Малайзию, Сингапур, на Тайвань. Пробовали даже с Африкой экспериментировать, но там дело не пошло. Прибыльность инвестиций возросла больше чем вдвое. Из ничего. Просто потому, что китаец или малазиец "стоит" в 188 раз дешевле американца. И отходы можно сливать чуть ли не в соседнюю канаву вместо дорогих очистных сооружений с платиновыми фильтрами.

Среди американских инвесторов началось форменное капиталистическое соревнование в лучших традициях "пятилетку за три года"! Впрочем, ничего удивительного, если главным и единственным критерием получения переходящего приза является только цифра доходности капитала. Пока на нее смотрели, не заметили оборотной стороны медали, сегодня хорошо видимой на примере промышленного и автомобильного сердца Америки - города Детройт. Роман Артура Хейли "Колеса" читали? Отлично описывает, каким был ТОТ Детройт. Рекомендую.

В 1950 году в Детройте жило и работало 1 850 тыс. человек. Город являлся автомобильным сердцем страны и считался одним из богатейших городов Северной Америки. В нем были сосредоточены крупнейшие автомобильные заводы Ford, General Motors, Chrysler. Помните поговорку: что хорошо для General Motors, то хорошо и для Америки? Она как раз из тех времен. Конечно, если официально и формально, Детройт подорвал мировой нефтяной кризис 1973 года. Но фактически его подкосила именно глобализация. Америка перестала быть страной, товары у себя производящей и у себя же потребляющей. К концу 70-х американцам стало сильно без разницы, где сделано то, что они покупают. В 90-е правительство даже пыталось запустить в оборот девиз "покупайте американское", но оказалась слишком поздно. К 2012 году население города сократилось до 700 тыс. человек, заводы закрылись, уровень безработицы вырос до 30% работоспособного населения. Тогда то и выяснилось, что в промышленно развитых странах доля рабочих конечно составляет всего 14 - 17%, но если их вдруг не станет, то остальные 76% (еще есть до 7% фермеров) тоже вскоре оказываются без работы.

Все эти консультанты по макияжу и дизайнеры по ландшафту, мастера собачьего грумминга и шеф-повара молекулярной кухни могут процветать ровно до тех пор, пока существует реальное производство. А его не стало. Причем, если детройтские автомобильные заводы просто проиграли конкуренцию заводам немецким и японским, то оказавшимся вдруг лишними американским промышленным рабочим внезапно стало некуда больше идти. Потому что в прочих областях заводы просто переехали в Китай... а другой работы для американских рабочих в Америке уже не нашлось.

Так что к 2010 - 2011 году Америка фактически осталась без своей промышленности. Нет, на бумаге все выглядит хорошо. Но на практике... Сырье покупается там, где его удобнее и дешевле везти на заводы в ЮВА, т.е. чаще всего не внутри США. От того, что сделка по чилийской руде произведена в Нью-Йоркской товарно-сырьевой бирже, сама руда не становится американской и американские рудокопы с нее не получают ни цента. Дальше оно везется за завод в ЮВА, где перерабатывается в товар не американскими рабочими. В Америке остались только деньги и контроль над работой всех этих процессов. Деньги, с одной стороны огромные, но в то же время уже недостаточные для возврата промышленности назад, в родные пенаты. И даже если их вернуть, то как заставить американского рабочего работать по китайским расценкам? Там тоже уже давно не 17 долларов в месяц, но и до былых 20 долларов в час, как от Турку до Тайбея перебежками. Плюс вопрос, принадлежащий американским акционерам завод в Китае, вот его как считать, как в счета американской или китайской промышленной мощи?

Деньги конечно делают деньги, но только тогда это имеет позитивный смысл, когда между деньгами стоит товар. Если же деньги сразу превращаются в другие деньги, то возникает замкнутый круг. Внутренняя покупательская способность в США падает. Доля безработных и сидящих на пособии - растет. Заводы есть, но они "за три моря". Это вызывает естественную паранойю по поводу безопасности морских путей и подконтрольности территорий. Ибо однажды на завод прежних хозяев могут и не пустить. Да и деньги... остаются деньгами, пока в них соглашается верить основная часть пользователей. А их число падает... падает... падает. Доля долларового сегмента экономики усыхает, как шагреневая шкура.

Вопрос уже стоит не о том, какого цвета, коммунистически красного или демократически синего будет очередной клочок политической карты мира. Вопрос стоит о выживании Америки, как нации. Если хотя бы половина мира вдруг потребует за свои товары и сырье платить чем-то реальным, а не бумажками собственного рисования, для США наступит настоящий Конец Света.

Вот и скажите, а вы в таких условиях сильно бы парились по поводу судьбы и даже жизни каких-то там арабов в Афганистане, русских в Сибири или украинцев на этой, как ее, ну, этой, а, да, Украине, вот?

http://alex-leshy.livejournal.com/253048.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...
Опубликовано 14.10.2014 в 8:05 пп · Автор news · Ссылка
Рубрики: Основное · Теги: , , , , , ,

Написать комментарий